Jewish.org.ua https://jewish.org.ua Лучшие еврейские сайты. Украина Sun, 04 Nov 2018 19:52:10 +0000 ru-RU hourly 1 https://wordpress.org/?v=4.9.8 https://jewish.org.ua/wp-content/uploads/2016/09/cropped-ш-32x32.jpg Jewish.org.ua https://jewish.org.ua 32 32 В Хмельницкой области (Украина) состоялось открытие мемориала жертвам Холокоста https://jewish.org.ua/otkrytie-memoriala/ https://jewish.org.ua/otkrytie-memoriala/#respond Sun, 04 Nov 2018 19:48:36 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1743 25 сентября 2018 года состоялось торжественное открытие мемориала жертвам Холокоста в Сошненском лесу близ Изяслава Хмельницкой области (Украина). Мемориал был профинансирован американским фондом Tsal Kaplun Foundation (Нью-Йорк).  Открытие мемориала, созднанного  латвийским скульптором Глебом Пантелеевым, произошло при поддержке Государственной Администрации Изяславского района. На открытии присутствовали представители Tsal Kaplun Foundation – Joseph Menaker и Leo Vain. Также были гости из Программы Remember US (Бостон, США) и Фонда Евгения Городецкого (Германия). Рядом с мемориалом были посажены метасеквойи – реликтовые деревья,...

Запись В Хмельницкой области (Украина) состоялось открытие мемориала жертвам Холокоста впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
25 сентября 2018 года состоялось торжественное открытие мемориала жертвам Холокоста в Сошненском лесу близ Изяслава Хмельницкой области (Украина).

Мемориал был профинансирован американским фондом Tsal Kaplun Foundation (Нью-Йорк).  Открытие мемориала, созднанного  латвийским скульптором Глебом Пантелеевым, произошло при поддержке Государственной Администрации Изяславского района. На открытии присутствовали представители Tsal Kaplun Foundation – Joseph Menaker и Leo Vain. Также были гости из Программы Remember US (Бостон, США) и Фонда Евгения Городецкого (Германия). Рядом с мемориалом были посажены метасеквойи – реликтовые деревья, которые живут очень долго. В понимании человека – практически вечно. Деревья символизируют вечную память по невинно убиенным людям.

Именно на этом месте в июне 1942 году было убито более 2000 евреев из изяславского гетто.

Представитель Фонда Tsal Kaplun Fundation – об открытии Мемориала

На торжественном открытии выступил представитель Tsal Kaplun Foundation – Joseph Menaker.

Скульптор Глеб Пантелеев рассказал о Мемориале жертвам Холокоста и о своем видении событий.

Собственно, само торжественное открытие мемориала жертвам Холокоста в Сошненском лесу близ Изяслава (Украина).

Сам памятник сделан из черного камня. Верх выглядит традиционно, внизу – сотня отверстий, символизирующих пулевые.

На месте расстрела более 2000 невинных жертв прозвучала молитва.

Безусловно, представитель Jewish.org.ua, присутствовавший на мероприятии, поинтересовался у скульптора Глеба Пантелеева смыслами, которые вкладывал автор в свое творение. Как оказалось, скульптор в том числе доносит истину: “В каждом из нас есть внутренний зверь. Монумент – это напоминание о том, что бывает, когда зверь выходит на свободу”.

Также было важно услышать представителей Tsal Kaplun Foundation – Joseph Menaker и Leo Vain. Они поблагодарили жителей Изяслава, Хмельницкого, Киева и других городов, которые разделили их боль. А также боль всего народа.

Мероприятие важно еще и тем, что на нем присутствовали школьники. Есть надежда, что новому поколению будут чужды ксенофобия и антисемитизм. Также – что они никогда не дадут обмануть человечество лживой пропагандой (по мнению Глеба Пантелеева, именно она сыграла решающую роль в событиях Второй мировой войны).

В общем – никогда более, ніколи знову, never again!

P.S. Подробно о евреях Изяслава можно прочитать на сайте Tsal Kaplun Foundation – https://www.tkfgen.org/izyaslav.html

Запись В Хмельницкой области (Украина) состоялось открытие мемориала жертвам Холокоста впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/otkrytie-memoriala/feed/ 0
Переводы PrivatMoney теперь работают в Израиле https://jewish.org.ua/perevody-privatmoney-teper-rabotayut-v-izraile/ https://jewish.org.ua/perevody-privatmoney-teper-rabotayut-v-izraile/#respond Fri, 19 Oct 2018 09:46:15 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1737 Украинцы смогут отправлять денежные переводы по доступным тарифам из Израиля. В рамках программы расширения глобального рынка системы переводов PrivatMoney первым партнером ПриватБанка в Израиле стала компания Albercom Finance Services, агентства которой предоставили удобный доступ к системе PrivatMoney для работающих или отдыхающих в Израиле украинцев. Отправить перевод PrivatMoney из Израиля в Украину можно в любом из 35 агентств Albercom Finance Services, расположенных в крупнейших городах страны. В Украине переводы PrivatMoney доступны для выплаты в более чем...

Запись Переводы PrivatMoney теперь работают в Израиле впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
Украинцы смогут отправлять денежные переводы по доступным тарифам из Израиля. В рамках программы расширения глобального рынка системы переводов PrivatMoney первым партнером ПриватБанка в Израиле стала компания Albercom Finance Services, агентства которой предоставили удобный доступ к системе PrivatMoney для работающих или отдыхающих в Израиле украинцев.

Отправить перевод PrivatMoney из Израиля в Украину можно в любом из 35 агентств Albercom Finance Services, расположенных в крупнейших городах страны. В Украине переводы PrivatMoney доступны для выплаты в более чем 2 100 отделениях и почти в 20 000 банкоматов и терминалов самообслуживания ПриватБанка, интернет- и мобильном банке Приват24. Перевод становится доступным для выплаты получателю через 5 минут после его отправки.

Чтобы получить перевод PrivatMoney в отделении ПриватБанка, получатель должен предъявить паспорт, назвать операционисту контрольный номер перевода, сумму и валюту перевода, имя отправителя и страну отправки. Контрольный номер перевода получателю сообщает отправитель перевода.

Источник

Запись Переводы PrivatMoney теперь работают в Израиле впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/perevody-privatmoney-teper-rabotayut-v-izraile/feed/ 0
Документальный фильм «Дорога в Бабий Яр» впервые показали в Украине https://jewish.org.ua/dokumentalnyj-film-doroga-v-babij-yar-vpervye-pokazali-v-ukraine/ https://jewish.org.ua/dokumentalnyj-film-doroga-v-babij-yar-vpervye-pokazali-v-ukraine/#respond Thu, 04 Oct 2018 08:58:03 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1726 3-го октября в Колонном зале Киевской городской государственной администрации (КГГА) состоялась украинская премьера документального фильма «Дорога в Бабий Яр» известного израильского режиссера Бориса Мафцира. Ранее лента демонстрировалась в Мемориальном комплексе истории Холокоста Яд Вашем в Иерусалиме. Фильм посвящен первым месяцам нацистской оккупации и истории Холокоста в Украине 1941 года. Он является восьмой и завершающей частью документального цикла «По следам неизвестного Холокоста», снятого в Беларуси, Латвии, Молдове, России и Украине. «Дорога в Бабий Яр» сохраняет подход, который режиссер...

Запись Документальный фильм «Дорога в Бабий Яр» впервые показали в Украине впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
3-го октября в Колонном зале Киевской городской государственной администрации (КГГА) состоялась украинская премьера документального фильма «Дорога в Бабий Яр» известного израильского режиссера Бориса Мафцира. Ранее лента демонстрировалась в Мемориальном комплексе истории Холокоста Яд Вашем в Иерусалиме.

Фильм посвящен первым месяцам нацистской оккупации и истории Холокоста в Украине 1941 года. Он является восьмой и завершающей частью документального цикла «По следам неизвестного Холокоста», снятого в Беларуси, Латвии, Молдове, России и Украине. «Дорога в Бабий Яр» сохраняет подход, который режиссер выработал в предыдущих сериях цикла: съемочная группа фильма повторила весь кровавый путь нацистских оккупантов от западных границ Украины, шаг за шагом посещая места массовых убийств в те самые дни, когда они происходили три четверти века назад, скрупулезно документируя, как с первых дней вторжения на территорию Украины нацисты город за городом отрабатывали систему массового уничтожения украинских евреев, которая позднее, в осенние дни 1941 года, со слепой беспощадной эффективностью сработала в Киеве.

Историки, принимавшие участие в работе над фильмом, в частности известный исследователь преступлений сталинского и гитлеровского режимов в Украине, профессор Йельского университета Тимоти Снайдер и украинские исследователи Холокоста Фаина Винокурова и Михаил Тяглый, кропотливо воссоздают страшную механику преступления. В картине раскрываются детали того, как нацистская пропаганда сумела с помощью нехитрых манипуляций направить антисталинские настроения населения в русло антисемитизма и заставить покорно принять смерть сотни тысяч людей.

«Идея Гитлера состояла в том, что они смогут легко захватить этот край, поскольку евреи не будут сопротивляться… унтерменши и славяне будут рады приходу нацистов, и эта прекрасная, плодородная земля упадет им в руки», – историк Тимоти Снайдер.

«Дорога в Бабий Яр», в первую очередь, – это свидетельства оставшихся в живых очевидцев трагедии, визуализированные беспристрастные исторические факты. Фильм Бориса Мафцира – это еще и протест против формализации памяти о трагедии еврейского народа, когда за цифрами статистики убитых скрываются судьбы людей. Последние свидетели тех страшных событий уходят, и, кроме холода монументов, живым источником правды о Холокосте останется, в частности, этот фильм.

Среди гостей премьеры были представители органов власти, еврейских общин Киева, Украины, иностранные дипломаты, ученые, лидеры общественного мнения и представители СМИ.

Организатор события – Мемориальный центр Холокоста «Бабий Яр» (BYHMC) при поддержке КГГА и Посольства Государства Израиль в Украине.

Спонсоры и партнеры показа фильма:

  • Genesis Philanthropy Group,
  • Еврейская конфедерация Украины,
  • Adamovskiy Foundation.

Информационные партнеры:

  • Новое Время,
  • ICTV.

Открыли премьерный показ ленты в Украине Яна Баринова, исполнительный директор BYHMC; Виталий Кличко, Киевский городской голова; Борис Ложкин, президент Еврейской конфедерации Украины, Вице-президент Всемирного еврейского конгресса; Джоэль Лион, Чрезвычайный и Полномочный Посол Государства Израиль в Украине; Натан Щаранский, правозащитник, бывший политзаключенный в Советском союзе, видный политический  и общественный деятель в Израиле, Глава Наблюдательного совета BYHMC; Геннадий Газин, Председатель Совета директоров Genesis Philanthropy Group; Борис Мафцир, режиссер фильма.

[цитаты упомянутых лиц]

Яна Баринова, открывая событие, заявила: «Освещая события тех ужасных времен, мы организовываем выставки, ведем научную, просветительскую и архивную работу, собираем свидетельства очевидцев. Но чрезвычайно важным средством рассказа о трагедии, боли и героизме людей, является, безусловно, искусство. И киноискусство в этом плане – одно из наиболее выразительных. Оно погружает нас непосредственно в контекст, заставляет сопереживать героям ленты, буквально стоять рядом с ними».

Виталий Кличко, приветствуя гостей вечера сказал: «Пока жива память о Холокосте, пока мы помним каждую жертву, каждого Праведника народов мира, пока мы помним историю, Холокост не повторится». Он напомнил, что сегодня актуальным вопросом для столичной власти является создание Мемориального центра Холокоста «Бабий Яр». «Мы работаем над воплощением этой идеи. Я, как мэр Киева, приложу все усилия, чтобы реализовать этот проект. Ведь очень важно помнить историю, делать выводы из ошибок прошлого, чтобы такие трагедии никогда не повторялись», – подчеркнул городской голова.

Борис Ложкин, Президент Еврейской конфедерации Украины, Вице-президент Всемирного еврейского конгресса, отметил: «Трагедия Бабьего Яра – одна из самых трагичных страниц в истории не только Украины, но и всего Холокоста. Буквально на глазах киевлян было убито свыше 150 000 человек, евреев и не только евреев. История Бабьего Яра – это история не только жертв, это также история людей, которых принято называть Праведниками народов мира, людей, которые спасали евреев, в том числе и из Бабьего Яра. Еврейская конфедерация Украины обращается к местным советам городов Украины с предложением назвать новую улицу, площадь или сквер (или переименовать уже имеющиеся) именем Праведника народов мира – уроженца этого города, и установить соответствующий памятник. Кстати, пользуясь случаем, хочу попросить Виталия Кличко о содействии в этом проекте.

Перед просмотром фильма я хотел бы обратить ваше внимание на его исключительно документальный характер. Это история, а история не выставляет оценок, история только фиксирует факты. В фильме «Дорога в Бабий Яр» мы, глазами Бориса Мафцира, увидим именно беспристрастную фиксацию ужасных событий, свидетелями которых стали герои фильма».

Натан Щаранский, рассказывая о личном отношении к памяти о Холокосте, отметил: «Я рос в Украине в те годы, когда советские власти пытались скрыть правду о Бабьем Яре. Сегодня Украина восстанавливает память об этой страшной трагедии, чудовищном преступлении нацисткой Германии против еврейского народа. Я глубоко благодарен режиссёру – Борису Мафциру, а также всем украинцам, которые участвовали в создании этого фильма. Показ фильма о Бабьем Яре в Киеве – лучшее доказательство того, что уроки тяжёлого прошлого могут помочь объединить нас всех в борьбе за лучшее будущее».

Геннадий Газин отметил: «Сохранение памяти и распространение знаний о величайшей трагедии ХХ века, о Холокосте, в том числе и о Холокосте на территории бывшего Советского Союза, — это одна из ключевых составляющих еврейской самоидентификации сегодня. И Genesis Philanthropy Group прилагает немало усилий для того, чтобы последние свидетельства очевидцев Катастрофы были собраны и сохранились для следующих поколений как память и предостережение. Именно поэтому мы поддержали создание большого документального проекта Бориса Мафцира под общим названием «По следам неизвестного Холокоста», частью которого стала сегодняшняя премьера фильма «Дорога в Бабий Яр».

Борис Мафцир, режиссер ленты, повествуя о создании фильма, отметил: «Я пытался   рассказать о том, как и почему – еще до Бабьего Яра нацисты создали систему массового убийства евреев в Украине».

После показа фильма в Колонном зале прошла тематическая дискуссия при участии Бориса Мафцира, режиссера фильма «Дорога в Бабий Яр», Натана Щаранского, правозащитника, бывшего политзаключенного в Советском союзе, видного политического и общественного деятеля в Израиле, Главы Наблюдательного совета BYHMC; Карела Бергхофа, старшего научного сотрудника в Институте исследования войны, Холокоста и геноцида (NIOD) в Амстердаме, главного историка BYHMC. Модератором выступил Геннадий Вербиленко, генеральный директор BYHMC. Во время дискуссии спикеры и участники события обменялись мыслями об особенностях Холокоста в Украине, а также исторической памяти об этом трагическом событии.

Открывая обсуждение фильма, Геннадий Вербиленко поблагодарил всех присутствующих и отметил: «Только что мы услышали голоса свидетелей сотен мест массовых убийств евреев и других жертв Холокоста в Украине в годы Второй мировой войны. Только так, слушая и уважая точку зрения друг друга, мы научимся говорить на общем языке исторической памяти с остальным миром».

Рассказывая об авторском взгляде на фильм, Борис Мафцир сказал: «Проект – это попытка вернуть честь погибшим. У жертв Холокоста была разная жизнь, разная судьба, кроме одного: смерть была одинакова… Я выбрал самый простой, и, может самый суровый путь: свидетельства тех, кто видел, что происходит: в то же время, и в том же месте, где происходили убийства евреев».

Говоря о специфике Холокоста в Украине, Карел Бергхоф отметил: «Существовал феномен страха, который сильно воздействовал на людей и их поведение. В Украине страх был намного большим, чем в Западной Европе, ведь немцы угрожали казнить тех, кто спасал евреев или помогал им».

Во время дискуссии Натан Щаранский подчеркнул: «Я жил при тоталитарном режиме и знаю, как тяжело от избавиться страха. Но избавившись – становишься свободным… Проект BYHMC должен помочь людям быть в мире со своей совестью. Неслучайно мы создали такой комплексный Наблюдательный Совет фонда — ведь необходима большая поддержка, чтобы люди научились вместе говорить правду о своем прошлом. Это освобождает».

***

Мемориальный центр Холокоста «Бабий Яр», BYHMC – это некоммерческая образовательная организация, призванная задокументировать и увековечить память о Холокосте, в частности, о массовых расстрелах в Бабьем Яру в сентябре 1941 года.  Выполняя данную просветительскую миссию, которая базируется на научном подходе к прошлому, Центр способствует развитию более стойкого и демократического общества для обеспечения мирной жизни следующих поколений.

Наблюдательный Совет по созданию Мемориального центра Холокоста «Бабий Яр» имеет весомую поддержку со стороны мэра Киева Виталия Кличко, и был сформирован лидерами государственного, корпоративного и общественного секторов, среди которых: Раввин Яков Дов Блайх, главный раввин Киева и Украины; Ирина Бокова, генеральный директор ЮНЕСКО (2009 – 2017); Святослав Вакарчук, основатель и вокалист украинской рок-группы «Океан Эльзы», общественный деятель; Александр Квасьневский, президент Польши (1995-2005); Владимир Кличко, спортсмен, филантроп и общественный деятель; Джо Либерман, сенатор от штата Коннектикут, США (1989-2003); Виктор Пинчук, украинский бизнесмен и филантроп, основатель группы EastOne и Фонда Виктора Пинчука; Йошка Фишер, министр иностранных дел и вице-канцлер Германии (1998-2005); Михаил Фридман, соучредитель и Глава Наблюдательного совета консорциума Альфа-Групп и LetterOne, благотворитель, соучредитель Еврейского конгресса России и благотворительного фонда Genesis Philanthropy Group; Павел Фукс, глава правления благотворительной организации Фонд памяти «Бабий Яр», бизнесмен; Герман Хан, заместитель Главы Наблюдательного Совета BYHMC, соучредитель и член Наблюдательного совета консорциума Альфа-Групп и LetterOne, соучредитель и член наблюдательного совета Еврейского конгресса России и благотворительного фонда Genesis Philanthropy Group; Натан Щаранский, Глава Наблюдательного Совета BYHMC, председатель исполнительного совета Еврейского агентства для Израиля (2009-2018).

Запись Документальный фильм «Дорога в Бабий Яр» впервые показали в Украине впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/dokumentalnyj-film-doroga-v-babij-yar-vpervye-pokazali-v-ukraine/feed/ 0
Евгений Городецкий. Разное от Алика. Часть 1 и 2 https://jewish.org.ua/evgenij-gorodeckij-raznoe-ot-alika-chast-1-i-2/ https://jewish.org.ua/evgenij-gorodeckij-raznoe-ot-alika-chast-1-i-2/#respond Thu, 06 Sep 2018 08:45:54 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1714 Посвящается Л.Р. Часть 1 Есть у меня старый друг. Для соблюдения анонимности назовём его, допустим, Алик. Кто-то из моих друзей и знакомых по жизни в родном моём Житомире, его , безусловно, узнает. Но я ,перед тем, как опубликовать эти зарисовки, все равно попрошу у него разрешения. Алик живет в Израиле. Довольно давно, лет 25. За это время он сменил множество разных профессий. Он работал на металлургическом заводе, где похудел на 20 килограмм, санитаром в психбольнице....

Запись Евгений Городецкий. Разное от Алика. Часть 1 и 2 впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
Посвящается Л.Р.

Часть 1

Есть у меня старый друг. Для соблюдения анонимности назовём его, допустим, Алик.
Кто-то из моих друзей и знакомых по жизни в родном моём Житомире, его , безусловно, узнает. Но я ,перед тем, как опубликовать эти зарисовки, все равно попрошу у него разрешения.
Алик живет в Израиле. Довольно давно, лет 25.
За это время он сменил множество разных профессий. Он работал на металлургическом заводе, где похудел на 20 килограмм, санитаром в психбольнице. У него было несколько тату-салонов. Сейчас Алик занимается похоронным бизнесом. Алик ставит памятники.
Вчера мы ужинали с Аликом в Герцлие.
Алик рассказал старый профессиональный анекдот.
“Сын гробовщика на уроке труда по привычке обил скворечник красным бархатом.”
И добавил от себя: “и сделал откидную крышку.”
Сегодня утром он позвонил мне и сказал:
” Алло, доброе утро! Вас тревожит кооператив
” Холодные ноги”. Ну, шо, ты выспался?”
” Алик, – говорю я, – нормальный у тебя бизнес, конечный клиент обычно не рекламирует. Или?”
” Ой, шо ты знаешь, это же Израиль. Страна пяти морей.”
” Каких пяти? Четырёх! Красное, Средиземное, Мёртвое и Галилейское.”
” А море идиотов?”
” Слушай, щас я тебе расскажу! Ты когда-нибудь слышал про гроб из вторых рук?”
” Как это?”
” Мой художник…”
” Какой художник, у тебя есть свой художник?”
” Ну да, не такой хороший, как у Остапа Бендера, но кто-то же должен рисовать буквы и цифры. Так вот. У него умер папа. Он пошёл в похоронное бюро и спросил, сколько стоит гроб. Они ему сказали. Он спрашивает, или можно подешевле, ну, типа скидки для коллеги. Они ему говорят. “Слушай, есть гробы из вторых рук.” Ты понимаешь, шо они делают: со всего мира везут людей хоронить в Израиль. Там, где они умирают, их поцоватые родственники их ложат в красивые гробы, лакированные-полированные, ручки-шмучки, крышки там, всё такое. А тут же, сам знаешь, сосна нестроганная. Так эти, не израильские, наши аферисты втихаря по второму разу продают. У художника чуть инфаркт не случился. Он на четыре дня ушёл в запой.”

Часть 2.

-Слушай, ты помнишь эту базу ремзавода? Ну, где мой дядя был директор.
-В Житомире?
-Ну да.
-Конечно помню. А ты помнишь, как мы туда приехали с двумя девушками и Зина, жена твоего дядьки дала нам ключ от последнего свободного домика? А ночью начался дождь и вода через дырявую крышу полилась прямо в наши кровати. И одна из этих девушек понеслась к Зининому домику и начала кричать, что ей надо домой, и чтоб её срочно отвезли на другой берег. А Зина вышла на крыльцо, сняла тапок, погрозила ей и сказала: ” Ты зачем сюда приехала? Ещё помнишь? Так иди назад в домик и делай то, зачем приехала. И не мешай людям спокойно жить и тихо спать!”
-Конечно помню. Как её звали?
-Твою не помню. А мою Таня. Она уже давно в Орландо.
-Шо, ты с ней поддерживаешь отношения?
-Алик, ты дурак? Какие отношения? У неё муж индус и я её последний раз видел в 1988 году в Ялте.
-И она ещё жива!
О, я тоже вспомнил!
У моего дяди Миши, директора базы, как-то была проверка. Какой-то поц из министерства, из Киева. Они уже хорошо поужинали и Миша говорит мне и Игорю , своему сыну :
” Отвезите его на ту сторону реки, на причал дома отдыха 22-го партсъезда, ему надо в город.”
А уже темно, дождь, мы с Игорем уже тоже выпили. Но, надо ехать. Одели эти дождевики солдатские с капюшонами, сели в лодку. Этот поц киевский, в костюме с зонтиком и портфелем уселся в зад лодки и мы погребли. Не видно ни хера. Метров десять отплыли и уткнулись носом в буёк. Игорь спьяну говорит, шо всё, уже доплыли. Проверяющий спрашивает: ” Так шо, я схожу?” ” Ну да”,- он ему отвечает. Тот встаёт и переступает через борт и уходит под воду в костюме и с зонтом и кричит:” Портфель! Там документы ревизии !” Хорошо, шо я нормально плаваю. Там же глубоко. Я прыгнул в воду и подсадил его снизу в лодку. Правда не сразу.
Мама дорогая , шо там потом творилось. Зина кричала, шо если Мишу посадят, то она мне проклянёт, шо я идиёт и кретин, шоб я там больше не появлялся.
Но проверяющий потом остался доволен. Две бутылки водки и пионервожатая из лагеря “Дружба” сделали своё дело. Ревизия закончилась победой принимающей стороны.

 

Продолжение следует

 

Запись Евгений Городецкий. Разное от Алика. Часть 1 и 2 впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/evgenij-gorodeckij-raznoe-ot-alika-chast-1-i-2/feed/ 0
Форшмак https://jewish.org.ua/forshmak/ https://jewish.org.ua/forshmak/#respond Tue, 04 Sep 2018 15:06:32 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1711 Давид Моисеевич Кацнельсон праздновал свой семидесятилетний юбилей в кругу близких родственников, в эмиграции. Судьба занесла Давида Моисеевича в Германию. Сначала в небольшую немецкую деревеньку в гористо – лесной местности, недалеко от большого города Кассель. А затем поближе к своей дочери Двойре, в Баварский красавец Мюнхен. Давид Моисеевич к своим семидесяти выглядел вполне себе сохранившимся активным и крепким мужчиной, с небольшой лысиной островком, которую он с недавних пор стал прикрывать маленькой кипой, купленной в последнюю поездку...

Запись Форшмак впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
Давид Моисеевич Кацнельсон праздновал свой семидесятилетний юбилей в кругу близких родственников, в эмиграции. Судьба занесла Давида Моисеевича в Германию. Сначала в небольшую немецкую деревеньку в гористо – лесной местности, недалеко от большого города Кассель. А затем поближе к своей дочери Двойре, в Баварский красавец Мюнхен. Давид Моисеевич к своим семидесяти выглядел вполне себе сохранившимся активным и крепким мужчиной, с небольшой лысиной островком, которую он с недавних пор стал прикрывать маленькой кипой, купленной в последнюю поездку в страну обетованную. В бытность, будучи профессором в одном из Украинских институтов, Давид Моисеевич преподавал ТММ (теорию машин и механизмов) и слыл ярым атеистом, выпивал с друзьями по случаю великих социалистических праздников и не только, а так без особого повода, по дороге из института домой, в гараже у своего товарища доцента Лени Клименко. Давид Моисеевич был гениальным ученым, с потенцией работать в совковом космическом агентстве, но из за пятой графы, остался работать в захолустном провинциальном металлургическом институте. В молодости его пробовали устроить в закрытый подмосковный научный центр, но на последнем этапе его анкета не выдержала проверки, и протеже Давида Моисеевича выскочил из кабинета отдела кадров, прикрывая от стыда раскрасневшееся лицо, пробежав мимо молодого Давида, стоящего в коридоре, дожидающегося своей участи.

Давид Моисеевич любил до беспамятства всех своих семейных. На первом месте шла жена Давида Моисеевича – Хая. На втором, по старшинству, сын Натан. На третьем месте, но на самом деле на первом, была Двойра, дочь Давида. Двойру Давид Моисеевич любил до беспамятства, от самых ее последних косичек в детстве, и до маленьких ямочек на щечках в девичестве. Двойра была всецело продолжением покойной матери Давида Моисеевича, и потому он скрытно, называя ее доцей, любил, нежил и лелеял надежду, что Двойра станет великим ученым в области биомедицины. На Натана Давид Моисеевич давно забил, понимая, что в старшем сыне проявились предпринимательские жилки. Давид Моисеевич часто ворчал на эту тему, внушая Натану, что необходимо защитить сверстанную диссертацию, что ученая степень обязательно пригодится ему в будущем. Но беспечный сын не слушал наставлений мудрого еврейского папы, продолжая заколачивать деньги на своих связях с местными металлургами и промышленниками. Еще Давид Моисеевич любил удить рыбу, ходить в горы, плавать под водой с маской и трубкой, читать книги, и в последнее время смотреть с Хаей телесериалы, но это так от нечего делать.

Давид Моисеевич, как уже писалось в начале, был сильным и крепким мужиком. Единственным физическим недостатком была прогрессирующая глухота, которая началась, примерно, в пятьдесят и к семидесяти заставила Давида Моисеевича носить специальный слуховой аппарат. Давид Моисеевич храбрился, пытаясь обходиться без наушников, но невроз слухового нерва прогрессировал, создавая шумы в голове. Хая, заставляла мужа носить аппарат постоянно, и выходила из себя:

Давид, ты можешь наконец то одеть эти гребанные уши. Ты меня не слышишь, мне приходиться кричать, у меня от этого болит спина. Пожалей окружающих, Давид.

Давид Моисеевич подчинялся любимой жене, надевал наушники, кривился, но вставлял их в уши, из которых росли редкие седые волосы. Хая Самойловна, тем временем, входила в роль сварливой жены:

Давид, тебе не нужны твои «уши», ты и так все прекрасно слышишь. Ты просто слышишь только то, что нужно тебе. А то, что ты не хочешь слышать, ты не слышишь. Ты меня не проведешь, Давид! Слава Богу, я живу с тобой почти пятьдесят лет, ты слышишь меня?

Давид же тем временем погружался в чтение, или быстро собирался на велосипеде к своей любимой Двойре. Совсем недавно Двойра родила Давиду Моисеевичу долгожданную внучку Сарочку. Саре шел четвертый год. Она была упитанным ребенком, который залез на шею родителям, благодаря попустительству деда. Сарочка, пользуясь дедовским пластилиновым характером, делала все что хотела: бегала по квартире, громко топая маленькими ножками, как недельный бегемотик, заставляя содрогаться нижние этажи; прыгала с кровати на пол; утаскивала из кухонного шкафчика, как маленькая одесская воровка, конфеты и сладости; ревела белугой, добиваясь всего невозможного; хохотала, как взрослая драматическая актриса, не выговаривая (напрочь) букву Р, заглядывая в глаза взрослым, могла с утра до ночи, произносить одну и ту же фразу:

Кал у Клаы укал коалы…

Давид Моисеевич тихо плавился от Сары. Он любил ее нежно и терпеливо, разучивая с ней песни и стихи. Последнюю выученную песню, они с гордостью (вдвоем) завывали, стоя на дедовском юбилее:

На позиции девушка повожала бойца,

Темной ночью постилася на ступеньках кыльца…

По началу, Германия представлялась Давиду страной, которая породила еврее – ненавистников и еврее – уничтожителей. Но найдя недалеко от своего первого немецкого жилища, в заброшенных горах, старое еврейское кладбище с ухоженными могилами и чистыми, вымытыми дождями мраморными плитами, с высеченными на них Давидовыми звездами, он поменял свое мнение. Особенно после того, как нашел на этом еврейском кладбище маленькую деревянную лавчонку, приютившуюся под старой рябиной. Давид частенько, брал с собой небольшую плоскую флягу, наливал туда дешевый немецкий бренди. Шел на кладбище, садился на лавочку, предаваясь жизнеразмышлениям. Крутил свои мысли, выпуская их наружу, подсмеиваясь над ними, задавая себе вопросы, отвечая на них. Изредка делая глотки из узкого металлического горлышка. Морщился, глядел на рябину, выбирая одну ягодку, и раскусывал ее, ощущая тонкую терпкость на языке. Кладбище присоседилось между домом, где жил Давид с Хаей, и супермаркетом средних размеров. Давид ходил в магазин ежедневно, заходя по пути к помершим и незнакомым еврейским покойникам. Разговаривал с ними, читая имена на могилах, стараясь разговаривать тихо, дабы не потревожить, а только призывая к внутреннему диалогу. Так ему было проще, спокойней что – ли. Присутствие такого кладбища, для Давида явилось странным откровением: ухоженный еврейский погост в стране, где евреев изжигали, как древесную гниль и ненужные опилки.

Давид Моисеевич был страстным путешественником. Он любил горы, ледники, реки, поля и луга, запахи грозы и следующий после громовых раскатов, дождь. Стоял под ним часто, слушая разбивающиеся капли. Глядел на купающихся в лужах воробьев и голубей. Ждал огромные водяные пузыри, первый признак оканчивающегося природного шторма. Этому всему он учил своего старшего сына. А когда Натан вырос, уйдя в свободное плавание, по волнам новой жизни, Давид перебросил все свои силы на Двойру. Возил ее на сплавы по Волжским притокам. Оберегал Двойру от комаров, заботился о ней, зная и веря, что снесет она ему в будущем, золотое яйцо – Сару.

Натан давно уже жил своей жизнью, как уже писалось раннее, зарабатывая, используя свои предпринимательские способности. Давид Моисеевич давно свыкся с мыслью, что сын никогда уже не защитит свою диссертацию, переживая внутри себя, что Натан стал таким семейным отщепенцем от науки. Он никак не мог себе представить, что в его научной интеллигентной семье, корнями уходящими к Давидовым прадедам, появится вот такой поверхностный, прыгающий по жизни, человек. Но, как говорится и делается, все моральные переживания замещаются физическими, соблюдая природный баланс, унося с собой годы в закрома памяти, стирая не нужные моменты, оставляя только хорошее, теплое и светлое. Сидя под старой рябиной, Давид вспоминал, как он водил маленького Натана на прыжки в воду, в местный бассейн. Как они играли по утрам в баскетбол на детской школьной площадке, и он поддавался малолетнему сыну, и как тот расстраивался до слез, когда проигрывал. А еще он помнил маленькую украинскую деревеньку, растянувшейся на лесном берегу чистой речки. Мазанку, холод в сенях, и рыбалку с пятилетним сыном. Первую уху и жареных линей в сметане, приготовленных сразу после вылова. Совсем недавно Давид нашел старую черно-белую фотографию, где он совсем молодой, в очках с самодельным шнурком, улыбается в брызгах этой самой речки, а на шее сидит самодовольный Натан и тоже смеется. Давид Моисеевич отнес фотографию в местную немецкую фото лавку, где попросил увеличить ее до среднего размера, для рамки, чтобы можно было повесить ее в спальне, над письменным столом. Стенки в Давидовой и Хаиной комнате были сплошь увешаны фотографиями: молодая мать Хаи – красавица Циля, отец Хаи – Самуил с двумя дочерями Хаей и Асей. Мать Давида – Ривка, запечатленная в Гаграх под большой пальмой, со своим мужем Файвелем и маленьким Натанчиком в тельняшке. Друзья Давида: крепыш Васька Корж, долговязый Гришка Штыря, Вовка Баранов, по кличке Баран и вездесущий Максим Реутов. На фото они все молодые, крепкие, улыбаются. Только вот получившие достойное звание советских инженеров по простому ИТРы. И где они все? Давид часто задумывался об этом, почему так сложилась судьба? Отчего Бог оберег только его из всей этой компании? Штыря, высокий красивый, баскетбольного роста мужик, не смог пережить уход своей жены красавицы Люськи, обобравшей друга Давида до самых последних порванных портянок. Гриха, как его всегда звал Давид, спился и помер, не дотянув до 57 нескольких лет. Баран – закоренелый, неухоженный холостяк. Сколько не пытались его свести и познакомить с женщинами, так ничего из этого и не вышло. Превратился в жалкого старика, еле сводящего концы с концами. Один как перст, в крохотной однокомнатной, убитой хрущевке, доживает свой век на Украине. Корж, страдавший недугом сердцем, удочеривший двух девочек, покоится на Сурско – литовском кладбище, в неубранной могиле, потому, что некому там прибираться. Максимка Реутов, выживший из последнего ума интеллигент. Голубых кровей старик, с седой бородой, замкнулся, перестав общаться с Давидом несколько лет назад, то ли из зависти, то ли из за злобы, самонакопившейся за много лет страданий от неустроенности, от не перспективы лучшей жизни для себя и своих детей. Давид частенько снимал эту светлую фотографию из прошлого, носил ее под рябину. Ставил на лавочку,  разговаривая с ними со всеми. Отхлебывал и закусывал, представляя, что они сейчас все рядом с ним, и всем хорошо и весело, как тогда в противоречивых шестидесятых.

Частенько Давид вспоминал еще одного своего институтского друга Лешку Чудикова. Лешка единственный в компании, кроме Давида, был евреем. Храбрым, не боящимся никого, отстаивающим с кулаками свою кровь и происхождение. Чудиков уехал после окончания института в Москву. Как поется в песне: храбрым судьба помогает. Закончил аспирантуру в авиационном институте, став доцентом, потом доктором наук, пробившись через суровые антисемитские заслоны. Долго работал на кафедре, первым подался в научный бизнес, начав продавать полупроводники и тиристорный привод. Чудик отдалился от своих провинциальных однокашников. Давид заезжал к нему в Москву, будучи в командировках или проездом. Они засиживались за полночь, пока их не разгоняла спать Чудикова жена Настя (врач офтальмолог). У Лешки росла дочь Лиза, и опьяневшие друзья мечтали о том, что их дети потенциально могут сложить пару. Лешка Чудиков был прямым и честным товарищем, особенно его правда – матка вылезала наружу, когда он становился пьяным и пропорционально выпитому, веселым. Чудиков мешал свою правду с шутками и анекдотами о партийном руководстве страны. Его несколько раз вызывали в районое отделение КГБ за непристойные шутки о советском укладе. Он приходил туда, нервно курил сигареты Ява. Потел, обещал завязать и потом выходя, снова напивался, продолжая свои антипартийные грязеизливания. Давид вспомнил, что когда – то, приехавший на 10 – ти летие выпуска Лешка, в изрядном подпитии, уже в конце вечера, в привокзальном ресторане, залез ногами на белую скатерть, начав орать, что мол на ГУМЕ есть небольшой французский балкончик, который расположен, как раз напротив мавзолея, и что было бы совсем неплохо затащить туда станковый пулемет Максим, который точно уж добьет до стоящих на трибуне вождей, и что тогда легче станет всем, и даже редким птицам, которым не позволено садиться на трагический мавзолейный гранит. Пожалуй Лешка был единственным, с кем Давид продолжал поддерживать отношения. Чудиков раньше, чем Давид, с первыми ласточками, отчалил в страну обетованную, поселился в Иерусалиме, так сказать поближе к Богу, открыв фирму по тем же полупроводникам. Лиза стала учиться на офтальмолога, последовала за матерью. Раз в год Давид с Хаей старались ездить в Израиль. Хая к сестре, Давид к Лешке. Там Давид отходил душой. Они, как в молодости, только уже на Иерусалимской кухне выпивали русскую водку, радуясь коротким встречам.

Спонсором Давидовых поездок в Израиль был Натан. Сын давно стал помогать родителям, покупая нужные вещи на дни рождения, и просто отсылая деньги. Хая откладывала их, как сама она говорила: на похороны. Давид сердился на Натана, не мог принять, что он сам не может себе позволить многого, злился на Хаю, что она мелет чушь о похоронах:

прекрати молоть чушь, – нервничал Натан, какие похороны, чего ты себя хоронишь. Нам еще жить и жить! Вот Сару нужно воспитать, ты ей должна вложить еще много в голову. Перестань все время повторять одно и тоже.

Давид, это ты полный дурак, хоть и доктор наук. Ученая степень тебе не помогла поумнеть. Ну а вот, что если мы помрем, кто будет платить за все. А так они будут знать, что есть за что. Это большое дело Давид, когда тебя хоронят не в долг детям. Ты просто не думаешь об этом, а мы с тобой уже в том возрасте, когда иногда нужно задумываться о другом Мире, который есть, Давид, ты меня слышишь, что я тебе говорю? Надень свои уши, Давид!

Я лично не собираюсь завтра помирать, Хая. И ты меня к этому не принудишь. Время холокоста закончилось. Евреи теперь не подвергаются уничтожению. Сейчас все вымирают либо от болезней, либо от старости, Хая.

Когда Давиду Моисеевичу стукнуло пятьдесят, его придавило сердце. Обнаружились какие-то странные боли в левой груди и он пошел провериться в студенческую поликлинику. Там ему сделали кардиограмму, установив, что есть какие-то отклонения от нормы. Врач, принимавший его, был молодым специалистом, интерном, со знанием теории, но без особой практики. Перед походом в поликлинику туда позвонила Муся, соседка матери Давида, по совместительству главный гинеколог областной больницы, известный специалист, но не в подходящей области медицины для Давида. В поликлинике Давида ждали, и молодой врач, получив на руки кардиограмму тут же побежал куда – то советоваться. Вернулся он с предложением положить Давида Моисеевича в больницу. Так не надолго, на недельку, чтобы покой и понаблюдать. Давид впервые попал в больницу. Уже будучи в палате, читая «Иностранную Литературу», он вдруг понял, что явилось причиной стресса, упекшего его в клинику. Он долго размышлял и понял, что это – антисемитизм. Не в том общем проявлении, в котором это явление существовало в стране, а в локальном его Давидовом случае. На кафедре разыгрывалось освободившееся место доцента, и Давид Моисеевич, как никто другой претендовал на него. Но у зав кафедры Есауленко, на этот счет было другое мнение. Давид ежедневно ходил к Есауленко на ковер, разговаривал с ним, тот улыбался Давиду. Хлопал его по плечу, провожал к двери, повторяя все время:

конечно мы знаем, бесспорно мы рассмотрим, и обязательно все решим.

В итоге вакантная должность досталась бездарному коллеге Давида Моисеевича, и Давид несколько дней переживал не на шутку. Есауленко после этого смотался в загранкомандировку, в Венгрию, на озеро Балатон, где устроили европейскую конференцию по механике. Давид Моисеевич не смог с ним объясниться. В момент пока Есауленко был в Будапеште, а Кацнельсон в больнице, сын завкафедры не понятным образом попал под местную электричку. Ему отрезало ноги, и он стал полным инвалидом. Давид об этом узнал через неделю и успокоился.

Дома он сказал Хае:

это произошло, как Божественное возмездие. Просто так, этого случится не могло. По-видимому, наш еврейский Бог не фраер, он все видит. Так вот прямо и сказал.

Хая, переживавшая за Давида, не меньше, чем он сам, только разводила плечами, и тихонько приговаривала:

слава Богу, что ты жив остался. Не нужны мне доценты с кандидатами, и так проживем. Бог все видит – это правда, Давид.

Второй раз Давида прихватило здоровье у Натана дома. Натан первый смотался за границу. Его вынудили некоторые обстоятельства. Родители точно не знали какие, но подозревали что Натан уехал из за каких – то своих личных проблем, так как отъезд был быстрым и спешным. Натан бросил фирму, квартиру и дачу, перебравшись жить в Германию. Снял квартиру в Бонне, и даже перевез туда своего пса – русского спаниеля, переростка, Фила. Давид приехал к Натану следующим летом, после отъезда сына. И там у него начались дикие боли в области паха и уретры. Натан впервые видел, как отец мучается. Давид выходил во внутренний садик и стонал, а когда заходил назад, то у него были видны на щеках подтеки от еще не высохших слез. Боль отпускала на минуты, и начиналась снова. Так прошли сутки, в невероятных мучениях. Натан вызвал местную неотложку, которая установила камни или крупный песок. Врачи предложили забрать Давида в больницу, но не имея страховки, это грозило большими финансовыми затратами, и посоветовавшись, отец и сын, решили ехать на Украину.

От Бонна до Берлина, по ровным, гладким дорогам, Давид Моисеевич продолжал стонать и мучаться. Боль, всхлипы и стоны отца отдавались в сердце сына, он закусывал нижнюю губу до крови, приговаривая сам себе:

ну ничего, немного осталось, потерпи, Папа, все будет хорошо. В конце всегда все хорошо, а если сейчас плохо, то это еще не конец. Терпи, скоро доедем.

Хотя, до скоро, было еще тысяча с лишним километров, и Натан разгонял свой старый скрипучий Фольксваген Гольф, дабы сократить расстояние, увеличением до предела своей скорости. Он переживал, что не оставил отца в Германии, поехав в такой дальний путь. Мимо мелькали ухоженные немецкие деревни, городки, стоящие в чашах холмов, полей и лесов. Скоро они добрались до дружественной Польши, в сумерки, дорога сузилась, быстро ехать стало труднее. В одном из Польских сел, Натана остановил полицейский дорожный патруль, за превышение скорости. Долговязый поляк подошел к машине и попросил документы. Опустив окно, Натан отдал права и техпаспорт.

Пан, вы быстро едите. Тут так нельзя гнать, – полицейский заглянул в машину, осветив фонариком изможденное лицо Давида Моисеевича.

Отцу плохо, камни идут, вот я и стараюсь ехать быстрее, – ответил Натан

Поляк протянул документы: езжайте аккуратнее. В Польше не немецкие дороги, тут нужно все время быть начеку. Видите сколько стоит знаков: Загиблых, раненных…

На границе, под красивым, и любимым Натаном, Львовом, была длиннющая очередь из автомобилей, суток на двое. Местные дельцы, промышлявшие местами в последней, кто из вновь испеченных бизнесменов, кто из блатных, предлагая продвинуться вперед за сотку долларов. Натан тут же заплатил, оговоренную таксу, и через двадцать минут их машина переместилась под самый приграничный шлагбаум. Затем был короткий просмотр багажника. Отметка паспортов, и отец с сыном оказались на родной Украинской стороне. Машину начало трясти на булыжниках, ямах, рытвинах и колдобинах. Натан еле удерживал руль на виражах между дорожными препятствиями. Несколько раз Натан, по просьбе отца останавливался и Давид, как говорят на Украине: “ходил до ветру”. Так продолжалось несколько часов, пока Натан не осознал, что отец прекратил стонать.

Тебе, что стало легче?, – спросил Натан

У меня, по – моему, все прошло, – ответил Давид Моисеевич. Из – за тряски, у меня вышел весь песок. Уже ничего не болит, Натан. Поехали назад, – отец впервые засмеялся. Бог не фраер, он все знает и видит, он нас ведет, Натан, помни об этом всегда. Верь мне, Натан. Этот песок, который был во мне, это был песок, по которому Моисей водил наш народ, спасая его от Египтян. Ну скажи мне, Натан, ну зачем нам с тобой этот исторический песок? – Давид смеялся во всю.

Они все равно доехали до своего города Н и Натан, на следующий день, утром, определил отца в местную и лучшую больницу, где работал врачом его товарищ. Давиду сделали УЗИ и обнаружили лишь остаточные следы. Весь песок вышел из Давида, покрыв большую часть территории Западной Украины.

Всю жизнь Давида Моисеевича волновал один и тот же вопрос: почему Бог, который не тот, кто пришел в виде Иисуса на землю, а тот который его Отец, невидимый, там где –  то на небе, в облаках, между звездами, который считался в подсознании Давида сто процентным евреем, чтобы ему не говорили, послал на землю именно сына, а не дочь? Ведь все же на земле Божьи твари, значит и женщины тоже, ведь должна же была быть у Бога Отца дочь, вот почему он ее не послал, доказывать свою Божественность и всемогущество? Путем долгих раздумий он пришел к собственному выводу, что Отец любил бы дочь больше, что хотел сберечь ее от Римского вандализма, от упреков, от предательств, от человеческого безумия. Сберег, для себя, для будущего, для собственных внуков. Давид думал и приходил к выводу, что здесь проявился Божественный эгоизм. О, как бывает, вздыхал Давид. Он представлял себе, как Бог отец, здоровенный в белом одеянии мужик, сидя в царском кресле, ведет разговор с сыном и дочерью, объясняя свою первопричину принятия решения, а как говорится доводы Отца всегда верны. Свои мысли, Давид переносил на собственную жизнь и перераспределял свою любовь между Натаном и Двойрой. Он себя уговаривал, как мог, и ничего не мог поделать со своими выводами, Двойра была ближе, и не только территориально…

В последний раз, когда Давид и Хая уже пребывали в эмиграции, ранней весной, когда только начали зацветать лесные подснежники и крокусы, Давида вновь прихватило сердце. Ему стало плохо. Испарина покрыла лоб. В левой стороне груди заныло, и стало резко болеть, как никогда до этого. Он позвал Хаю:

Хая, дорогая, мне кажется приходит настоящий каюк, – звони Двойре. Я не шучу, по – моему, меня прихватило серьезно. Хая, меня может спасти только твой форшмак, только свежий Хая, слышишь…

Хая бросилась звонить Двойре, которая в этот момент была интерном в немецкой клинике на юге Германии. Двойра вызвала «скорую», бросившись на ближайший поезд. Позвонила Натану. И они оба с двух сторон, наперегонки, Натан с севера, Двойра с юга, к одной самой близкой своей земной точке, к отцу, к Давиду Моисеевичу. Молясь, плача, чтобы застать, чтобы их локально взятая жизненная трагедия произошла при них, чтобы успеть, повидать, потрогать, поцеловать. Больница, куда Давида увезла немецкая неотложка находилась в районом центре, в гористой местности, не далеко от деревни, где проживали Давид и Хая. Чистая, небольшая, клиника, с образцово – немецким приветливым персоналом, встретила Натана в половину пятого вечера. Поднявшись на третий этаж, Натан увидел мать, в коридоре, заплаканной, с красными и уставшими от слез глазами. Издалека, в конце, возле стойки регистрации больных, он узрел Двойру, разговаривающую с кем – то по мобилке. Ничего не спрашивая, Натан притянул Двойру к себе, почувствовав материнский знакомый запах и уютное тепло, из детства. Через плачь, он вдруг понял, что мать бормочет, прижавшись к его, сыновнему плечу, рубашка стала вмиг мокрой, от слез и губ:

он жив Натан, он будет долго жить. Это не сердце, Натан, это желудок, у него язва. Но он все равно хочет форшмак. Натан, ты мой, золотой мальчик, он мой самый дорогой в мире человек, я бы не смогла. Его Бог услышал меня, Натан, он меня услышал, я знаю это его Бог. Он все время о нем говорил мне, а я не верила, Натан. Бог есть! Слышишь, Натан.

Натан отодвинул мать и зашел в палату. Давид Моисеевич, бледный и с капельницей, лежал на спине, глядя в потолок, где билась муха о лампу дневного света. Насекомое, чудом попавшее в стерильную палату, пыталось выбраться на свет, перепутав окно с нагревательными световыми трубками.

вот и ты Натан, зря приехал. Видишь, сынок, эту муху, и я бьюсь так же, и ты, и мы все. Бьемся, машем крыльями, сотрясаем воздух, и затем мрем, как насекомые. Натан, ты зря приехал. Это не повод, лучше бы я вас так не разочаровывал. Пришлось вам всем. Прости меня, Натан. Сын, нагнулся и поцеловал отца, в теплый лоб (ну и фиг с этими приметами). Посидел рядом, смотря, как отец кряхтит и сопит, переворачиваясь с одного бока на другой. Натан слышал только муху, треск ее крыльев и удары о лампу и потолок, они заглушали смысл всего, жизнь и усталость.

Позже, когда Давид заснул, уставший Натан, вышел в больничный коридор и не застал там ни мать, ни сестру. Взял такси, стоявшее невдалеке, и поехал домой к родителям. В квартире было пусто. Натан позвонил Двойре и узнал, что мать поехала провожать ее на вокзал. Почувствовав голод, Натан зашел на кухню, в надежде найти чего – то съестного. На кухонном столе стояло средних размеров серебряное блюдо с рубленной селедкой, украшенное в центре, веточками укропа и зернышками граната. Хая всегда так делала. Натан вспомнил детство, и улыбнулся. Окно было приоткрыто, небо уже было в первых звездах, и в кухню проникал запах природной свежести. Надвигался дождь. Между оконной рамой и подоконником стояла бирюзовая стеклянная пепельница, оставшаяся от деда Самуила. Пепельница была заполнена до отказа окурками, оставшимися от Двойры. Натан представил себе, как его сестра сидела возле открытого окна, плача, от счастья, что отец будет жить, и курила одну за одной сигареты. Под пепельницей Натан увидел, сложенный вдвое, небольшой огрызок блокнотной бумаженции, на котором ровным Двойриным почерком был написан короткий стих:

Ты явишься ко мне спасеньем,

Ты разъяснишь всё, а затем,

Мы будем жить одним пареньем,

Над существом земным, и тем

Мы вознесемся над Реальным,

Освободив Земной наш плен,

Исправив тем наш старый крен…

Натан перечитал стих дважды, подумал о том, что никогда доселе не читал Двойриных стихов, покопался в пепельнице, нашел самую недокуренную сигарету, смахнул с нее пепел, и жадно закурил. Окурок был слегка солоноватым от пепла. Две недели назад Натан в очередной раз бросил курить…

Июнь 2013

 

Запись Форшмак впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/forshmak/feed/ 0
И снова 3 сентября: в интернете троллят Шуфутинского https://jewish.org.ua/i-snova-3-sentyabrya-v-internete-trollyat-shufutinskogo/ https://jewish.org.ua/i-snova-3-sentyabrya-v-internete-trollyat-shufutinskogo/#respond Mon, 03 Sep 2018 07:01:56 +0000 http://jewish.org.ua/?p=91 Песня, которая становится хитом каждый год, — правда, только в один календарный день. Пользователи в социальных сетях сделали мемы на хит Михаила Шуфутинского “Третье сентября”. Лайф выбрал лучшие из них. 3 сентября Шуфутинский не только в твоей голове, он повсюду! Фото: © vk.com То чувство, когда ты Шуфутинский и уже не можешь терпеть. Фото: © vk.com Для истинных знатоков. Фото: © vk.com Не только к 1 сентября нужно готовиться. Вот обязательный стартовый набор к 3...

Запись И снова 3 сентября: в интернете троллят Шуфутинского впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
Песня, которая становится хитом каждый год, — правда, только в один календарный день.

Пользователи в социальных сетях сделали мемы на хит Михаила Шуфутинского “Третье сентября”. Лайф выбрал лучшие из них.

3 сентября Шуфутинский не только в твоей голове, он повсюду!

Фото: © vk.com

Фото: © vk.com

То чувство, когда ты Шуфутинский и уже не можешь терпеть.

Фото: © vk.com

Фото: © vk.com

Для истинных знатоков.

Фото: © vk.com

Фото: © vk.com

Не только к 1 сентября нужно готовиться. Вот обязательный стартовый набор к 3 сентября от Михаила Шуфутинского.

Фото: © vk.com

Фото: © vk.com

Будьте осторожны! Сегодня перевернуть календарь предлагают на каждом углу.

Фото: © risovach.ru

Фото: © risovach.ru

Обязательная памятка в этот день. Послушайте песню и вы всё поймёте.

Фото: © bebebe.cc

Фото: © bebebe.cc

3 сентября, Карл!

Фото: © twitter.com/lite_terebox/

Фото: © twitter.com/lite_terebox/

То, ради чего стоит жить.

Фото: © yaplakal.com

Фото: © yaplakal.com

У третьего сентября есть и свои последствия.

Фото: © vk.com

Фото: © vk.com

И так каждый год…

Фото: © risovach.ru

Фото: © risovach.ru

Автор:

Запись И снова 3 сентября: в интернете троллят Шуфутинского впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/i-snova-3-sentyabrya-v-internete-trollyat-shufutinskogo/feed/ 0
Умер Иосиф Кобзон https://jewish.org.ua/umer-iosif-kobzon/ https://jewish.org.ua/umer-iosif-kobzon/#respond Thu, 30 Aug 2018 11:24:59 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1705 В московской больнице умер Иосиф Кобзон, король советской эстрады. Умер Иосиф Кобзон. Иосиф Давидович Кобзон родом из поселка Часов Яр, что на Донбассе. Он не дожил 12 дней до своего 81-летия. В феврале 2015 Иосиф Давидович, сам того не подозревая, открыл миру реальное лицо донбасских “ополченцев”. Кобзон с телекамерами посетил Донецкий госпиталь. Его внимание привлек человек с полностью обгоревшим лицом. Оказалось, что он имеет дело не с “ополченцем”, а солдатом российской армии из Бурятии. Позже...

Запись Умер Иосиф Кобзон впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
В московской больнице умер Иосиф Кобзон, король советской эстрады.

Умер Иосиф Кобзон. Иосиф Давидович Кобзон родом из поселка Часов Яр, что на Донбассе. Он не дожил 12 дней до своего 81-летия. В феврале 2015 Иосиф Давидович, сам того не подозревая, открыл миру реальное лицо донбасских “ополченцев”. Кобзон с телекамерами посетил Донецкий госпиталь. Его внимание привлек человек с полностью обгоревшим лицом. Оказалось, что он имеет дело не с “ополченцем”, а солдатом российской армии из Бурятии.

Позже бурят дал ошеломляющее интервью российской Новой газете: «Мы все знали, на что идем и что может быть». Оказалось, что боевые задания выполняют специально обученные люди, а только потом в города входят так называемые ополченцы.

Если же говорить о самом Кобзоне, то он был депутатом российской госдумы. Очень стеснялся рано облысевшей головы и всегда носил парик. Сын Кобзона некоторое время был барабанщиком в российских андерграундных группах.

Иосиф Давидович Кобзон имел лирический баритон и прекрасную дикцию. А также – поклонников в многих странах, куда только не заносила судьба людей из экс-СССР.

В 2014 году поддержал аннексию Крыма, получил паспорт и звание “Героя” от так называемой ДНР. Попал под санкции Украины и Евросоюза. Ранее был невъездным в США, поскольку его считали “главой российской мафии”.

Покойся с миром, Иосиф Давидович Кобзон.

נוח על משכבך בשלום

 

 

Запись Умер Иосиф Кобзон впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/umer-iosif-kobzon/feed/ 0
Жид https://jewish.org.ua/zhid/ https://jewish.org.ua/zhid/#comments Thu, 30 Aug 2018 09:56:40 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1700 Лучше быть евреем на мехмате, Чем украинцем на физтехе… (шутка из КВН) Бей Россию – спасай жидов… Венечка Ерофеев Славку Шафирова обозвали жидом. Будь Славка посильнее, то его обидчик получил бы кулаком в нос, и из его носопырки полилась кровь. Но, к большому Славкиному сожалению, его обозвали в дворовой компании в туманном детстве. Славка не нашел ничего лучшего, как прийти домой и рассказать все отцу. Отец надел спортивные брюки, вышел на улицу, подошел к Славкиному...

Запись Жид впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
Лучше быть евреем на мехмате,

Чем украинцем на физтехе…

(шутка из КВН)

Бей Россию – спасай жидов…

Венечка Ерофеев

Славку Шафирова обозвали жидом. Будь Славка посильнее, то его обидчик получил бы кулаком в нос, и из его носопырки полилась кровь. Но, к большому Славкиному сожалению, его обозвали в дворовой компании в туманном детстве. Славка не нашел ничего лучшего, как прийти домой и рассказать все отцу. Отец надел спортивные брюки, вышел на улицу, подошел к Славкиному обидчику, который был на голову выше сына, и сказал следующее:

– Слушай Саня, ты поступил крайне плохо! Ты обидел человека, обозвав его словом, которое произносили фашисты, когда душили евреев в газовых камерах во время войны.

– Мне кажется, что ты не совсем хорошо понимаешь значение этого ужасного и оскорбительного для еврея слова – Жид. На этом Славкин отец закончил свой монолог, и удалился домой, оставив Славку на улице, в компании Сани и остальных друзей.

Эта история произошла, когда Славке было семь лет от роду. И Славка до сих пор вспоминает ту ситуацию, в мельчайших подробностях, особенно вытянутое лицо Сани Абакумова, укор и глухое молчание, которое воцарилось в компании после ухода его отца.

На следующий день вся Славкина школа знала, что он Жид. Валентина Филипповна Дегурко, Славкина первая учительница, чуть полноватая, улыбчивая женщина, услышав, как Андрей Слабаков сказал Шафирову на перемене: Жид пархатый – говном напхатый! – вывела Слабакова к классной доске, перед классом, и сказала:

– Андрей, будь так добр, повтори, пожалуйста, что ты сказал Шафирову на перемене.

Слабаков помялся слегка, и повторил, но без энтузиазма и того напора, с которым он это делал на школьной перемене. Валентина Филипповна, с грустью, попросила Слабакова произнести эту фразу с тем же выражением и радостью, которые звучали в перерыве.

Слабаков начал нервничать, как-то ерзать левой ногой, практически пустил слезу, чуть слышно, себе под нос произнес вновь:

– Жид пархатый, (и совсем тихо) дальше….

В классе повисла гробовая тишина, лишь чуть звенело треснутое окно, возле последней парты, от далекого и протяжного гудка машиностроительного завода.

– Слабаков, садись, пожалуйста, на свое место, – еле слышно произнесла Валентина Филипповна, затем села за учительский стол, долго молчала, смотрела в окно, куда – то вдаль. А когда она повернулась к классу лицом, то все увидели, что по ее щекам текут слезы…

Такие же слезы, чуть солоноватые, с привкусом горечи текли и по щекам Славкиной мамы, когда она была беременна его младшей сестрой. Славкину маму поместили в четырехместную палату в родильном отделении одной из самых чистых больниц города. Больничная палата по тем тридцати лет давним временам представляла собой убогое зрелище: выкрашенные в ядовито – зеленый цвет стены, ржавые, поющие, пружинные кровати, но с выстиранными простынями, облупившиеся от краски батареи – радиаторы и тумбочки. Мебель была убого серого цвета, с разкорюченными дверцами и обшарпанными поверхностями, ни одного стула, то ли от отсутствия их в больнице, как таковых, то ли по причине всеобщей команды – “лежать”.

В палате находилось четыре женщины. Три городских, включая Славкину маму, и одна сельская. Сельскую звали Ганной. Ганне было сорок пять лет, не более того. Выглядела она крепкой женщиной: волосы в узел, подвязанные платком, сбитая в плечах и широкая в кости, Ганна бодро вставала и быстро ходила по палате, между кроватями, от двери к окну и назад. Так она пережидала паузы между схватками. И все время говорила, ну прямо не могла остановиться:

– живут у нас через две хаты Жиды. Они все черные, как антрацит. Вот вымажь их всех в гуталин и они станут похожи на настоящих негров. Дед ихний Ефим, гончар, ну жид жидом. Натуральный такой еврей. В прошлом году поймал мого Петьку на заборе и отлупцевал хворостиной. Я после этого перестала с этими евреями здоровкаться. Дак нет, приходит ко мне ихняя главная жидовка – Нинка, и говорит мне:

– Что же это вы Ганна стороной нас обходите? Мы ж поди соседи уже, как лет семьдесят?

А я ей в ответ и сказала:

– Вали отсюда Нинка, на моем роду это соседство закончится. Я буду не я. Не хочу вас всех жидов здесь видеть. Жаль, что вас фрицы не порастреляли, или не загнали до Бухенвальда. Уйди и своим скажи, чтобы обходили хату мою и плетень наш стороной далекой.

Мать Славкина старалась абстрагироваться от этой ситуации, пыталаясь сосредоточиться на своих схватках. С одной стороны ей было не легко с топающей внутри девочкой, а с другого бока, она уже физически не могла слышать всего этого человеко – ненавистничества. И вот Славкина мать набралась смелости, что было не легко, присела на край кровати, которая пропела ей в ответ пружинами (тум балалайку), и ответила Ганне:

– Ганна, у меня такое впечатление, что вы не правильно сейчас оцениваете свое положение. Мне кажется, что в момент, когда на свет должен появиться ваш ребенок, следует больше думать о природе, о красоте вашего села, о звучных и мелодичных песнях, которые вы поете по вечерам. Но никак о мести, злости и самое главное по отношению к другим людям, независимо от их национальности. Еще я хочу Вам добавить, что я тоже еврейка, папа мой только не гончар. Отец мой был журналистом и погиб во первые дни войны, на Польской територии. У меня есть сын и муж, я их очень люблю, могу отдать жизнь за свою любовь и за их жизни. Все это Славкина мама говорила Ганне, отвернувшись от нее, ну не могла смотреть, боялась, что – ли, а когда повернулась, то все женщины в палате увидели, как по щекам Славкиной мамы текут слезы. Соседка мамы справа, девушка по имени Юля, большегрудая молодая брюнетка, глянув на Ганну, а потом на Славкину мать, сказала:

– Конечно же, Вы правы, и среди евреев есть тоже хорошие люди…

Сестра Славкина родилась с асфиксией. Слава Богу, врачи во – время заметили и размотали пуповину, которая намоталась ей на тоненькое горлышко. Вылезла она вся синяя и вялая от нехватки воздуха, и без всяких признаков жизни, не издавая ни звука. А потом ожила, что – то там начала себе сопеть под нос и просить грудь. Все закончилось благополучно и для Славкиной мамы, и для его сестры. Через несколько недель Славкина семья поменяла маленькую однокомнатную квартирку в хрущевке на трехкомнатную в полу – сталинке с улучшенной планировкой. Новый Шафировский дом находился в центре города, прямо за центральным универмагом. Проходишь через двор, и ты на красивейшей набережной Днепра, могучей и красивейшей реки в мире. Славку перевели в новую школу, самую что ни есть центральную. В новом Славкином классе было двадцать восемь человек. В классном журнале, где все фамилии располагались в алфавитном порядке, в конце была отдельная страница с колонкой – “национальность”. Непонятным образом, напротив Славкиной фамилии было написано – Рус., т.е. русский мол. Славка, собственно говоря, этого и не знал бы, если бы не следующая история. Подошел к Славке товарищ одноклассник, такой же “русский”, как и он, спросив:

– Слушай, а что это ты испугался правду написать в журнале? – так прямо и сказал… зассал!

Славка шарахнулся от этого разговора, но тут вот какая штука: проще всегда сказать правду вначале, ну когда сразу заполняют журнал, а труднее сказать правду уже потом, когда необходимо исправлять эту запись. Славка ходил и думал, как же подойти к классному руководителю и сказать, что нужно сделать это исправление. А с другой стороны этот Славкин товарищ одолевал его, чуть ли не каждый день, подходя к Шафирову, и задавая один и тот же вопрос: исправил ли он уже запись в журнале? Чего этот товарищ был такой настырный понять Славке было трудно. Он все это носил в себе, переживал и мучался. Славка по началу думал, что все замнется само собой. А потом под напором товарища понял, что ни фига это не исчезнет до тех пор, пока он сам это не изменит. Наконец Славка решился: он дождался конца уроков, выждал пока классная останется одна, и подошел к ней. Славкина классная дама Ирина Ивановна Громова была девушкой молодой, только закончившей Университет. Ирина Ивановна преподавала в классе математику. Классная была хороша собой: стройная, с бюстом больше среднего, молодая женщина, с коротким карэ шатенка, часто одевающая в школу короткие юбки.

Возвращаясь к тому самому дню, Славка дождался, когда Ирина Ивановна останется одна, и робко подошедши к ней, еще не зная, как начать разговор:

– Ирина Ивановна, – сказал Славка, стараясь не глядеть ей в глаза. Нужно изменить запись в классном журнале. Там, напротив моей фамилии написано, что я “русский”.

– А что там должно быть написано? – она глянула на Славку так, как будто там ничего другого и не может быть.

– А кто же ты? Еврей, что ли? – она усмехнулась.

Потупив глаза, Славка тихо сказал – да.

– Да не может быть ты, что в самом деле еврей? – Ирина Ивановна была явно растеряна.

– Да! – вновь, но уже более уверенно ответил Шафиров. Да – я еврей, уже с гордостью, сказал Славка, посмотрев ей прямо в глаза и Ирина Ивановна отвела свой взгляд.

Домой Славка бежал окрыленный, своей храбростью. Ему было легко и приятно от того, что он смог защитить свою внутреннюю свободу и не только…

Утром, на следующий день к Славке вновь подошел его товарищ, и задал свой риторический вопрос. Славка передал вчерашний разговор с “классной”. В конце дня товарищ появился снова, и сказал, что в классном журнале ничего не поменялось:

– Я не верю, что ты разговаривал с ней. Врешь ты все, по роже видно!, – заявил он Славке.

Шафирову было все равно, что говорил ему его товарищ, главное, что Славка знал свою правду. Знал ее, и она грела ему душу. Правда эта самая необходимость, которая поселилась в Славкином сердце, прочно заняла свое место, зацепилась всеми руками и ногами за Славкины внутренности. И никто уже и никогда не сможет ее оттуда изнутри выдернуть – это Славка знал точно! Его, Славкина правда, была его всем, новым его союзником и защитником, его полководцем во всех предстоящих боях за справедливость. А впереди, в Славкиной жизни, ох, как много предстояло разных боёв…

Бой так бой, – сказал Славка себе, и первым, не думая, нанес удар кулаком в нос своему врагу:

– Это тебе за отца моего…

У мужика хлынула кровь. Мужик завалился набок и сполз за штапель ящиков. Славка схватил верхний ящик и опустил его мужику на голову, – со словами:

– И за меня тоже…

Ящик рассыпался, как спичечная коробка, и мужик затих. Славка тихо выбрался через черный выход на улицу, и что есть силы, рванул домой, отсиживаться. Это было последствие вчерашнего, подслушанного Славкой разговора, который состоялся между его родителями. Накануне отец пришел рано с работы. Пришел расстроенный и мрачный. Славка его спросил, что случилось, а он только странно отмахнулся. Вечером, после ужина, сидя в (большой) комнате перед телевизором, Славка услышал, как отец рассказывал маме на кухне:

– Представляешь, Ляля, я ведь только шел мимо, все время думал, есть у нас хлеб или нет. Решил зайти в нашу булочную и купить пол буханки. Когда подошла моя очередь, то в этот момент из подсобки вышел этот алкаш, ну ты его знаешь, он такой худой и левый глаз подернут. Он там, что ли грузчиком подвизается. Так вот, он вдруг встал в двери и громко, на весь магазин завопил:

– Людка, не давай ты этому жиду хлеба. Мало их травили, дак еще они наш хлеб жрут. Гони этого вонючего еврея из магазина, пусть ходит в другой, сука, блядь…!

– А что же ты? – спросила Славкина мама.

– А что я, что я?! Если бы моя воля, то я бы ему там прямо и дал. Но, во – первых нас разделял прилавок, а во – вторых меня больше потрясло то, что очередь молча стояла. Все молчали! Ты понимаешь, что это значит?! – отец перешел на шепот. Славка напряг слух, как мог, даже подлез поближе к коридорчику, соединяющему зал с кухней.

– Знаешь Витя, тут нечем не поможешь. Тут мы бессильны, что – либо изменить, к сожалению. Мне кажется – продолжала Славкина мама, что не нужно так расстраиваться. Таких людей много и это просто случайность, что некоторые из них собрались в одном месте и в одно и то же время. Так бывает. Вот тебе, как раз хороший пример. Скорей всего – это просто невоспитанность, или равнодушие.

– Нет, ты не права. Это не равнодушие. Это бессердечие и бездушие. Разные понятия – знаешь ли, – парировал ей Славкин отец. В любом случае нужно защищать себя. Я уверен в этом на все сто.

На этом собственно разговор между Славкиными родителями был завершен, но Славке так было обидно за отца, за мать и за себя с сестрой, что он не спал всю ночь, ворочался, строил планы, как убьет этого грузчика из булочной.

А на следующий день, после школы, Славка Шафиров зашел в хлебный. Прошел через зал магазина в подсобку, и Славку никто не спросил, куда он направляется. Обидчик Славкиного отца сидел на двух ящиках, в темном углу захламленного склада. Перед ним стояла чекушка водки, и какая – то дешевая снедь. Сидя на ящиках, алкаш был одного роста со Славкой. Мужик не успел понять, в чем же все-таки дело. Славка сделал всего два удара, но вложил в них всю свою злость, любовь и отчаяние. Затем поглядел, всего несколько секунд, на то, как пьяный грузчик свалился на пол и пустил из носа кровь. Несколько дней Славка переживал, что не смог сдержаться, что избил слабого и вдобавок пьяного, беззащитного алкаша, который не был готов к его агрессии. Но потом все улеглось само собой. Как говорится: время – лучший лекарь.Сожаление от каких – то неверных поступков, особенно после их совершения. Это не раскаяние, а сожаление. Это два разных понятия. Славка почему – то больше сожалел, чем раскаивался. Даже сам не понимая, отчего это?

Славку приняли в комсомол. Всех принимали, и Славку Шафирова тоже. У Славки не возникло вопроса: а хочет ли он быть в этой “мыльной” организации?

Всех под один гребень, ну и Славку естественно тоже. Процедура принятия была странной. Сначала принимали в школе. Учили какие-то клятвы и обещания, а потом посылали в районный комитет для окончательного действа – получение билета. Получение билета происходила в небольшой комнате, где стоял флаг, полированный стол, на котором лежал журнал. В журнале нужно было расписаться за получение этого самого билета. Из школы до райкома было несколько остановок троллейбусом. А затем еще через центральный парк минут десять пешком. Славка и двое пареньков из параллельного класса шли в райком за своими билетами. Один паренек был сбитым крепышом, а другой Славкин сошкольник был худышкой. Они всю дорогу беззаботно веселились, смеялись, шутили, рассказывали байки и анекдоты. В парке буцали какую-то шайбу. Битка издавала по плитам невероятно противный звук, и это страшно радовало Славку и двух его приятелей. Так они незаметно для самих себя добрались до райкома. Зашли в приемную. Их пригласили в эту самую комнату, поставив в ряд перед портретом Ленина, за каких – то два три шага от накрытого белоснежной скатертью стола. В комнате находился только один работник Райкома. В красивом лощеном, черном костюме, в белой рубашке с накрахмаленным вортом, отложенным на пиджак. Начальник. К столу нужно было подходить по одному. Секретарь этот пожимал руку, горячо поздравлял, приветствовал и выдавал билет. Славка должен был подойти третьим, последним. И вот в момент, когда наступила Славкина очередь, когда вернулся от стола его сошкольник, он услышал, как тот шепнул своему товарищу:

– Дак он жид, прикинь…

Подходя к столу, у Славки в голове только и звучало слово: жид, жид, жид…!

Славка весь вспотел под мышками и на спине, в висках стучала кровь. Ноги стали ватные. Славка наклонился над журналом и увидел, что против его фамилии очень жирным каллиграфическим почерком было написано – ЕВР. Было противно, что вот только они  так добро ехали в троллейбусе, а затем этот осенний ласковый парк, который принял их всех троих, в свою идиллиюи такое было у них четверых единение. И тут такой поворот. У Славки было глубочайшее разочарование от произошедшего. Секретарь райкома улыбнулся, поздравил Славку, протянул свою руку. Славке так не хотелось возвращаться, к этим двоим, которые остались сзади. Один Бог ведал, сколько детских, неокрепших усилий приложил Славка Шафиров, чтобы не глядеть на их лица. История эта закончилась банально просто, когда вновь испеченные комсомольцы спускались по лестнице, крепыш и худышка активно начали глумиться надо Славкой. Они прыгали вокруг него, словно вокруг Новогодней елки, и все время повторяли: жид, жидок, еврейчик, еврей – стаканчик налей… – такая детская игра.

На улице Славка не выдержал и “вмазал” кулаком в ухо худышке. Ухо тут же покраснело, а потом посинело, а Славка еще добавил сильно ногой в его коленку. Худышка начал хвататься то за свое ухо, то за коленку, начав плакать, и стонать, прихрамывая. Славка подошел к крепышу и глядя на него в упор сказал:

– Если ты еще раз, что-нибудь скажешь подобное, то я тебя размажу по асфальту. Я не шучу, мне все равно…

На следующий день Славку вызвали к директору школы. Директор школы, фронтовик, Юрий Петрович Овчаренко, был человеком подтянутым, партийным, строгим и не улыбчивым. Несмотря на свою строгость, он был активным человеком. Собирал классы в походы, устраивал вечера поэзии и музыки. Сам играл на гитаре и даже пел, но тихо и грустно. Когда Славка зашел в кабинет, Юрий Петрович покосился на закрытую дверь, тихо спросив:

– Шафиров, кто тебе дал право избивать людей?

– Никто не давал, – Славка старался не смотреть на него.

– За что хоть ты приложился? – отвечай, Юрий Петрович привстал из за своего стола.

Славка долго молчал, ему так не хотелось называть истинную причину этого инцидента.

Юрий Петрович продолжал настаивать:

– Почему ты молчишь, Шафиров? Ты ведь руки распускал, а не я? Каждый человек должен отвечать за свои поступки. Ответь, за что ты избил человека.

– Он не человек, он фашист – выпалил Славка. Он называл меня жидом, и смеялся над моей национальностью. Я не смог этого вытерпеть, это и была причина.

– Иди в класс, – он больше ничего не сказал. Да и вот еще что, не говори никому и ничего, – только вот это, вдогонку и тихо.

На следующий день, Славка узнал, что худышку вызывали к директору с родителями. А потом худышка пришел с ними к Славке домой. Долго топтался на пороге. А когда зашел в коридор, то начал с порога извиняться. Извинялись и его родители, а отец его дал еще ему по шее, когда закрывалась за ними дверь. Вот ведь, как бывает! Мама Славкина была не рада, что ее сын распускает руки и во всем винила Славкиного отца. Говорила, что это только его воспитание. Славкин отец только улыбался с гордостью, а еще он подмигивал сыну правым глазом, но Славка не может точно этого утверждать…

Амстердам–Москва, 2005 – 2006.

Запись Жид впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/zhid/feed/ 1
Евгений Городецкий (“Марш Памяти”): “Человек не может стоять в стороне, когда рядом убивают невиновных” https://jewish.org.ua/marsh-pamyati/ https://jewish.org.ua/marsh-pamyati/#comments Tue, 28 Aug 2018 08:08:06 +0000 https://jewish.org.ua/?p=1691 C талантливым бизнесменом и литератором, гражданином Германии, основателем проектов “Марш Памяти” и “Мемориальная доска Николаю Блинову” Евгением Городецким мы поговорили об украинско-еврейских отношениях. А также – о проектах, которые помогут нашим современникам и их потомкам всегда помнить свою историю. JewBuzz: В Житомире будет установлена мемориальная доска Николаю Ивановичу Блинову на фасаде здания по улице Киевской, 1. Для читателей: Блинов погиб в 1905, защищая евреев Житомира от погрома. Наверное, это главный Ваш проект на сегодняшний день?...

Запись Евгений Городецкий (“Марш Памяти”): “Человек не может стоять в стороне, когда рядом убивают невиновных” впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
C талантливым бизнесменом и литератором, гражданином Германии, основателем проектов “Марш Памяти” и “Мемориальная доска Николаю Блинову” Евгением Городецким мы поговорили об украинско-еврейских отношениях. А также – о проектах, которые помогут нашим современникам и их потомкам всегда помнить свою историю.

JewBuzz: В Житомире будет установлена мемориальная доска Николаю Ивановичу Блинову на фасаде здания по улице Киевской, 1. Для читателей: Блинов погиб в 1905, защищая евреев Житомира от погрома. Наверное, это главный Ваш проект на сегодняшний день?

Марш памяти

Евгений Городецкий: У меня в данный момент два проекта. Блинов, это скорей второй. Первый проект получился совершенно случайно, но стал для меня главным. Это Марш памяти (Шлях Пам’яті Never Again).

Марш памяти

Три года назад в годовщину расстрелов в Бабьем Яру я прошёл путь от кинотеатра “Киевская Русь” до Меноры. Практически один. С помощником. Мы начали путь от кинотеатра, потому, что я думаю, что в 41-м именно там сходились основные колонны киевских евреев с Печерска, Евбаза и Подола по дороге к месту, указанному в приказе. В общем, после этого прохода я поставил несколько фотографий на Facebook. Несколько моих друзей написали мне, что я должен был позвать их с собой. Я сказал: “Хорошо, в следующем году”. Мы (я, Ира Каминская и Дима Юринов) создали ивент и через год нас было больше 100 человек. Мы не делали рекламы, не платили никому ни копейки. Вообще, ни копейки не потратили. С нами шли дети из еврейской школы в Белой Церкви, банкиры и учителя, топ-менеджеры и врачи, чиновники и бизнесмены, молодые мамы с колясками. Никаких речей, никаких лозунгов, никаких митингов. Личное дело каждого, но вместе.

марш памяти

В этом году 7 октября 2018 года мы рассчитываем на 400-500 человек. Будет много старшеклассников из Белой Церкви и Житомира, люди из-за рубежа. И главное: опять без политики. Но: мы здесь, наши родственники, наша память.

JewBuzz: Думаю, разделение мероприятий на первое и второе – формально. Оба проекта, хоть относятся к разным событиям ХХ века (Блинов – 1905, Бабий Яр  – 1941), об одном. А вот – о чем, так просто не берусь сформулировать… Поможете?

Е.Г.: Да, это одно целое. Это о памяти. Только Марш это о нас, о наших родственниках, о моем народе. А проект с Блиновым –  это взгляд на ту же проблему со стороны.

Марш памяти

Надо рассказать украинцам, что история совместной жизни и традиция спасать своих соседей от бандитов давняя, и началась задолго до войны. Поэтому так много украинских Праведников мира. Блинов был верующим человеком. По-настоящему верующий человек не может стоять в стороне, когда рядом убивают невиновных. Моя мечта теперь, чтобы в Житомире была улица Блинова. И чтобы Марши проходили не только в Киеве, но и во всех местах массовых убийств еврейского населения.

JewBuzz: Знаете, почему важен проект с Блиновым? Потому что это 1905 год. Сейчас принято говорить, что Холокост – дело рук нацистов. А местное население якобы помогало убийцам исключительно под дулом автомата. Но вот беда – в эпоху еврейских погромов в царской России не было никаких нацистов. Но, к счастью, были Блинов и другие Праведники.

Е.Г.:  Я, кстати, не очень люблю слово Холокост. Не всех сожгли. И слово “Холокост” для меня очень похоже на кальку гитлеровского «окончательное решение еврейского вопроса». Греческое слово означает всего лишь часть тех мук, которые выпали моему народу. Мне в этом плане ближе слово Шоа. Катастрофа.

Действительно, объем происшедшего во время войны значительно больше погромов, дел Бейлиса и Дрейфуса. И это создало определенную тень, в которой «спрятались» более ранние события.

Даже Яд Вашем по моей информации не занимается праведниками более ранних периодов. Только периода Шоа.

И очень важно сказать, что антисемитизм был всегда. И носителем его было местное население. Как только оно получало толчок, или хотя бы намек на то, что можно безнаказанно издеваться или убивать евреев, оно это делало. С удовольствием. Важно показать, что не все были такими. Поэтому для меня было крайне важно возродить память о Блинове и я очень благодарен всем, кто помогал.

Марш Памяти

JewBuzz: Я знаю о еврейских восстаниях в гетто. Но если проанализировать историю, еврейский народ в начале – середине ХХ века не был настолько сильным, как сейчас. И не таким, как это написано в древних Книгах. Возможно, я ошибаюсь. Как вы считаете, результатом чего стало понимание, что свободу надо защищать с оружием в руках?

Е.Г.: Еврейский народ всегда умел себя защищать. Количество кавалеров железного креста в немецкой армии во время первой мировой огромное. То же самое происходило в армиях антигитлеровской коалиции во время второй мировой.

Мне кажется, что еврейский народ не представлял, что с ним может произойти подобное. К этому моменту практически везде евреи были уравнены в правах и были интегрированы в общественную жизнь, работали крупными чиновниками, учеными и т.д. Были успешны в бизнесе и искусстве. Не верили в возможное развитие ситуации. Плюс отсутствие информации о том, что реально происходит в Германии. И были захвачены врасплох. Восстания в гетто были уже от безысходности. Но именно события Шоа и создание еврейского государства дало евреям понимание необходимости защищаться. В общем, Never again.

Марш Памяти

JewBuzz: Да, сильный Израиль – это, если угодно, хеппи-энд для еврейского народа. К нему привели столетия бед и скитаний. Но, тем не менее, большое количество евреев по-прежнему находится в не всегда дружественной для них среде по всему миру. Думается мне, такие проекты, как “Марш Памяти”  (состоится в Киеве 7 октября 2018) и “Мемориальная доска Николая Блинова” (8 октября 2018, Житомир) – это как раз для оставшихся в Украине евреев и для всех остальных. Чтобы никогда больше не повторилось ничего подобное. Так что спасибо Вам за проекты! Собираетесь ли Вы делать подобные мероприятия на своей второй родине – в Германии? Возможно, что-то очень важное осталось за рамками нашего разговора?

Е.Г.:  Я не думаю, что в Германии есть острая необходимость проводить такие мероприятия. Там борьба с антисемитизмом ведется последовательно и на государственном уровне. Очень много общественных организаций делают это. Я в этом году был приглашен в Бундестаг на государственный акт памяти, на котором присутствовали все депутаты, все правительство, президент, канцлер, послы, гости, выжившие.Надо и в Украине это делать регулярно.

У меня есть три цели. Первая – улица Блинова в Житомире.

Вторая: организация и проведение подобных маршей по всей Украине, в областных и райцентрах, в сёлах, где уже вообще нет больше евреев, но есть места массовых захоронений жертв Шоа.

И третья: собрать деньги на финансирование исследований и издание книги, похожей на книгу «Свои» Руты Ванагайте о Литве.

Евгений Городецкий. Историческая справка

Евгений Борисович Городецкий родился 24 октября 1963 года в городе Житомире. Окончил житомирский филиал КПИ, затем Харьковскую юридическую академию. Работал в системе МВД и частном бизнесе.

Марш Памяти

В 1991 уехал в Германию. Одна из причин эмиграции – преследование по национальному признаку. Практически сразу забрал из Житомира родителей, чтобы не допустить ареста отца (Бориса Городецкого), который стал мешать продвижению незаконного бизнеса в городе.

Повзрослев, Евгений узнал, что его дедушка был репрессирован. Уже после смерти деда Арона в 1990 году, занялся вопросом поиска его уголовного дела, начатого в 1937 году. Результатом расследования стала книга, написанная Евгением Городецким в 2017 году «Дело номер» – историческая документальная повесть, в которой изложены подлинные материалы трёх уголовных дел Арона Городецкого.

Сегодня живет в Германии, занимается семейным делом, который основал вместе с отцом. Женат, воспитывает дочь, которую назвал в честь бабушки – Ребеккой. Любит Украину и много времени проводит здесь. Занимается благотворительностью, участвует в строительстве синагоги для иудейской общины Житомира.

 

Запись Евгений Городецкий (“Марш Памяти”): “Человек не может стоять в стороне, когда рядом убивают невиновных” впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/marsh-pamyati/feed/ 3
Как приходят в гости и уходят из гостей представители различных национальностей https://jewish.org.ua/ranevskaya/ https://jewish.org.ua/ranevskaya/#respond Mon, 27 Aug 2018 10:44:10 +0000 http://jewish.org.ua/?p=66 Когда-то в этот день, 27 августа, родилась несравненная Фаина Раневская. Русский приходит с ведром водки, а уходит с подбитым глазом. Украинец приходит с кольцом колбасы и большим куском сала, а уходит с песнями. Грузин приходит с ящиком коньяка, мешком мандаринов, а уходит с тостом. Еврей приходит с двоюродным братом, а уходит с куском торта для тети Песи. Из книги “Раневская: случаи, шутки, афоризмы”

Запись Как приходят в гости и уходят из гостей представители различных национальностей впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>

Когда-то в этот день, 27 августа, родилась несравненная Фаина Раневская.

Русский приходит с ведром водки, а уходит с подбитым глазом.
Украинец приходит с кольцом колбасы и большим куском сала, а уходит с песнями.
Грузин приходит с ящиком коньяка, мешком мандаринов, а уходит с тостом.
Еврей приходит с двоюродным братом, а уходит с куском торта для тети Песи.

Из книги “Раневская: случаи, шутки, афоризмы”

Запись Как приходят в гости и уходят из гостей представители различных национальностей впервые появилась Jewish.org.ua.

]]>
https://jewish.org.ua/ranevskaya/feed/ 0